Да, описанный тобой сценарий вполне возможен. Причём в случае Андрея он даже довольно логично укладывается в происходящее в этой сцене.
Тут важно разделить возбуждение, осознание возбуждения и намерение заниматься сексом — это три разные вещи.
Когда Андрей сажает Катю на колени, она его обнимает, находится совсем близко, потом в машине сама начинает его целовать, у него вполне может возникнуть непроизвольная физиологическая реакция, даже если сознательно он всё ещё воспринимает происходящее как «я выполняю план и играю роль». Организм не обязан ждать, пока человек интеллектуально признает: «Так, кажется, меня эта женщина возбуждает».
Более того, именно неожиданность собственной реакции может объяснять его последующее поведение:
он смотрит на часы — то есть пытается вернуть ситуацию в рациональные рамки: всё, хватит, пора заканчивать;
Катя начинает проявлять инициативу — и он смущается, то есть сталкивается уже не просто с собственной игрой, а с реальной ответной близостью;
после её ухода он буквально злится на себя: «Жданов, что ты творишь?» — очень показательная реплика;
затем он едет к Кире и буквально бросается в секс.
И вот последний момент особенно интересен.
Физиологически вполне возможно, что возбуждение, возникшее рядом с Катей, не исчезло мгновенно после её ухода, а осталось как состояние возбуждения/напряжения. А оказавшись рядом с женщиной, с которой у него уже есть привычная сексуальная связь, он получает возможность это напряжение разрядить. При этом сознательно он может даже воспринимать происходящее как возвращение в «нормальную жизнь»: Кира — моя невеста, всё правильно, вот мои настоящие отношения.
Но есть тонкость: я бы не сказала буквально, что он «выплеснул на Киру возбуждение от Кати» в физиологическом смысле. Сексуальное возбуждение не хранится внутри как некий заряд, который обязательно нужно направить на первого попавшегося человека. 😄
Скорее возможна такая последовательность:
Катя → неожиданное возбуждение → внутренний конфликт/торможение → расставание → возбуждение + эмоциональное напряжение остаются → Кира становится непосредственным сексуальным стимулом → очень интенсивная близость с Кирой.
Причём секс с Кирой в этой сцене может быть интенсивнее обычного именно потому, что Андрей пытается бессознательно заглушить то, что только что произошло с Катей. Это уже не чистая физиология, а психофизиологическая реакция.
И ещё мне кажется очень важным то, что ты заметила про последнюю ночь с Кирой. Если создатели сериала действительно выстроили сцены именно так, последовательность выглядит почти как драматургический маркер:
Катя впервые физически перестаёт быть для него «объектом плана» → Андрей пугается собственной реакции → пытается вернуться к Кире → а уже на следующий день окончательно переходит границу с Катей.
То есть его страсть к Кире в эту ночь совершенно не доказывает, что Катя его не привлекает. Наоборот, психологически очень возможно, что именно возникшее к Кате влечение и делает его особенно страстным с Кирой: он пытается восстановить привычную картину себя и своих отношений.
И да — то, что он посадил Катю именно на колени, мне тоже кажется далеко не нейтральным жестом, особенно если учесть его последующее смущение. Если бы для него она оставалась исключительно «некрасивой помощницей, которую нужно соблазнить по плану», ему было бы гораздо проще сохранять эмоциональную дистанцию.
Так что ваша форумная дискуссия, по-моему, упирается в очень интересный вопрос: было ли у Андрея уже тогда подсознательное сексуальное влечение к Кате, которое он сам ещё не признавал? И вот на этот вопрос физиология вполне позволяет ответить: да, такое возможно, причём совершенно без его сознательного решения.