Думаю, маска циника у Андрея — это именно защитный механизм, выработанный годами жизни в среде, где эмоции считаются слабостью. Он рос с отцом, который не давал права на ошибку, играл в любимчиков и требовал «быть героем». В такой атмосфере проявление искренности, уязвимости, тем более — настоящих чувств, было небезопасно. Андрей научился прятать душу за циничными шутками, напускным пофигизмом и отношением к женщинам как к развлечению. Это позволяло ему не впускать никого слишком близко и не зависеть от чужого мнения.

Влияние Малиновского, конечно, тоже сыграло роль. Рома с его социопатичным цинизмом был для Андрея не только другом, но и моделью поведения, которая казалась удобной: не страдать, не привязываться, получать удовольствие и выгоду. Но когда Андрей встретил Катю, которая видела в нём личность, а не трофей, эта маска начала трескаться. Он впервые захотел быть честным, не потому что это выгодно, а потому что иначе не мог. Его муки совести, раскаяние, слёзы над дневником — это не цинизм, а прорыв того настоящего, что он годами подавлял.

Цинизм в делах и отношениях был для него инструментом выживания в мире, где чувствами можно было пользоваться. Но как только он позволил себе почувствовать по-настоящему, цинизм перестал быть нужен. Поэтому я считаю, что это не его натура, а именно маска, защитная реакция на холодность отца, на давление среды и на страх быть уязвимым. И то, что он смог эту маску снять, — главное доказательство его способности к изменениям.